Вверх Вниз

Под небом Олимпа: Апокалипсис

Объявление




ДЛЯ ГОСТЕЙ
Правила Сюжет игры Основные расы Покровители Внешности Нужны в игру Хотим видеть Готовые персонажи Шаблоны анкет
ЧТО? ГДЕ? КОГДА?
Греция, Афины. Сентябрь 2013 года. Постапокалипсис. Сверхъестественные способности.

ГОРОД VS СОПРОТИВЛЕНИЕ
295 : 284
ДЛЯ ИГРОКОВ
Поиск игроков Вопросы Система наград Квесты на артефакты Заказать графику Выяснение отношений Хвастограм Выдача драхм Магазин

АКТИВИСТЫ ФОРУМА

КОМАНДА АМС

НА ОЛИМПИЙСКИХ ВОЛНАХ
Miracle Of Sound – Forever Blue от Честера!


ХОТИМ ВИДЕТЬ

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Под небом Олимпа: Апокалипсис » Библиотека » Стихи о греческих богах, героях, чудовищах


Стихи о греческих богах, героях, чудовищах

Сообщений 21 страница 40 из 190

21

МУЗА

Не ослеплен я музою моею:
Красавицей ее не назовут,
И юноши, узрев ее, за нею
Влюбленною толпой не побегут.
Приманивать изысканным убором,
Игрою глаз, блестящим разговором
Ни склонности у ней, ни дара нет;
Но поражен бывает мельком свет
Ее лица необщим выраженьем,
Ее речей спокойной простотой;
И он, скорей чем едким осужденьем,
Ее почтит небрежной похвалой.

Е.А.Баратынский

+1

22

К.Н. Батюшков.

Свершилось: Никагор и пламенный Эрот
За чашей Вакховой Аглаю победили...
О, радость! Здесь они сей пояс разрешили,
Стыдливости девической оплот.
Вы видите: кругом рассеяны небрежно
Одежды пышные надменной красоты;
Покровы легкие из дымки белоснежной,
И обувь стройная, и свежие цветы:
Здесь всё - развалины роскошного убора,
Свидетели любви и счастья Никагора!

+1

23

К.Н. Батюшков

Пафоса бог, Эрот прекрасный
На розе бабочку поймал
И, улыбаясь, у несчастной
Златые крылья оборвал.
«К чему ты мучишь так, жестокий?» —
Спросил я мальчика сквозь слез.
«Даю красавицам уроки»,—
Сказал — и в облаках исчез.

<1809>

+1

24

Туча.

Туча весною проходит по ясному небу;
Дождь из эфирных высот проливает на землю,
Силы свои истощая, и жизнь отдавая
Жаждущимъ детям ей чуждого дольнего мира…

Туча, завидно твоё назначенье на небе!
Долу оно не понятно, иль может быть, чуждо:
Мне же завиден понятно твой жребий высокий,
Жребий страдальца за благо людей — Прометея…

1846.

+1

25

ЩЕРБИНА НИКОЛАЙ ФЕДОРОВИЧ.

Пусть будет стих его понятен и высок,
И блещет всех лучей сиянием чудесным;
Да примирится в нём всё дольнее с небесным,
Да будет он меж нас как призванный пророк,
Чтоб мощной мыслию, как дланию Зевеса
Собою обнял он весь безграничный мир,
Чтоб в звуках зрели мы, прозрачных, как эфир,
И мрамор Фидия, и краски Апеллеса.

28 января 1845.

+1

26

ОРФЕЙ

Нет, Эвридика, не приду.
Не плачь.Не жди.
Поспели яблоки в саду,
Идут дожди.
Запахла осенью трава,
Сулит беду,
Болит с похмелья голова.
Нет, не приду.
За Ахероном – тишина,
Теней полет,
За Ахероном не струна –
Судьба поет,
Там каждый день нелеп, как тень,
Как жизнь в бреду,
Как та, что греет мне постель…
Нет.Не приду.
А наверху сплошной бардак,
Все как всегда:
Судьба – паскуда, кровь – вода,
Дерьмо – еда,
На бой толпу ведут вожди –
Гори в аду!..Не помни.Не люби.Не жди.
Я не приду.
Я стал другим, оглох, ослеп,
Пришел мой срок,
Я выстрою чудесный склеп
Из звонких строк,
Ты в нем увязнешь навсегда –
Оса в меду.
Ни ты сюда, ни я туда…
Нет.Не приду.
Зачем я сел?Зачем я встал?За что плачу?
Я исписался, я устал,Я не хочу!
Не верь! не жди! не надо! пас!Я – мертв! Я – не…
Орфей, зачем ты в сотый раз
Идешь за ней?!

+1

27

Напрасно мы, Дельвиг, мечтаем найти
В сей жизни блаженство прямое:
Небесные боги не делятся им
С земными детьми Прометея.

Похищенной искрой созданье свое
Дерзнул оживить безрассудный;
Бессмертных он презрел — и страшная казнь
Постигнула чад святотатства.

Наш тягостный жребий: положенный срок
Питаться болезненной жизнью,
Любить и лелеять недуг бытия
И смерти отрадной страшиться.

Нужды непреклонной слепые рабы,
Рабы самовластного рока!
Земным ощущеньям насильственно нас
Случайная жизнь покоряет.

Но в искре небесной прияли мы жизнь,
Нам памятно небо родное,
В желании счастья мы вечно к нему
Стремимся неясным желаньем!..

Вотще! Мы надолго отвержены им!
Сияет красою над нами,
На бренную землю беспечно оно
Торжественный свод опирает...

Но нам недоступно! Как алчный Тантал
Сгорает средь влаги прохладной,
Так, сердцем постигнув блаженнейший мир,
Томимся мы жаждою счастья.

Евгений Баратынский

+1

28

Весенняя гроза

Люблю грозу в начале мая,
Когда весенний, первый гром,
Как бы резвяся и играя,
Грохочет в небе голубом.

Гремят раскаты молодые,
Вот дождик брызнул, пыль летит,
Повисли перлы дождевые,
И солнце нити золотит.

С горы бежит поток проворный,
В лесу не молкнет птичий гам,
И гам лесной, и шум нагорный -
Все вторит весело громам.

Ты скажешь: ветреная Геба,
Кормя Зевесова орла,
Громокипящий кубок с неба,
Смеясь, на землю пролила.

Ф. Тютчев

0

29

ПИРОСКАФ

Дикою, грозною ласкою полны,
Бьют в наш корабль средиземные волны.
Вот над кормою стал капитан.
Визгнул свисток его. Братствуя с паром,
Ветру наш парус раздался недаром:
Пенясь, глубоко вздохнул океан!

Мчштся. Колеса могучей машины
Роют волнистое лоно пучины.
Парус надулся. Берег исчез.
Наедине мы с морскими волнами,
Только что чайка вьется за нами
Белая, рея меж вод и небес.

Только вдали, океана жилица,
Чайке подобна, вод его птица,
Парус развив, как большое крыло,
С бурной стихией в томительном споре,
Лодка рыбачья качается в море,-
С брегом набрежное скрылось, ушло!

Много земель я оставил за мною;
Вынес я много смятенной душою
Радостей ложных, истинных зол;
Много мятежных решил я вопросов.
Прежде чем руки марсельских матросов
Подняли якорь, надежды символ!

С детства влекла меня сердца тренога
В область свободную влажного бога:
Жадные длани я к ней простирал,
Темную страсть мою днесь награждая,
Кротко щадит меня немочь морская:
Пеною здравья брызжет мне вал!

Нужды нет, близко ль, далеко ль до брега!
В сердце к нему приготовлена нега.
Вижу Фетиду; мне жребий благой
Емлет она из лазоревой урны:
Завтра увижу я башни Ливурны,
Завтра увижу Элизий земной!

Евгений Баратынский

0

30

«Прощание Гектора» Фридрих Шиллер.

Андромаха

Для чего стремится Гектор к бою,
Где Ахилл безжалостной рукою
За Патрокла грозно мстит врагам?
Если Орк угрюмый нас разлучит,
Кто малютку твоего научит
Дрот метать и угождать богам?

Гектор

Слёз не лей, - супруга дорогая!
В поле битвы пыл свой устремляя,
Этой дланью я храню Пергам.
За богов священную обитель
Я паду и - родины спаситель -
Отойду к стигийским берегам.

Андромаха

Не греметь твоим доспехам боле;
Ржавый меч твой пролежит в неволе,
И Приама оскудеет кровь;
В область мрака ты сойдёшь отныне,
Где Коцит слезится по пустыне...
Канет в Лету Гектора любовь!

Гектор

Весь мой пыл, все мысли и стремленья
Я залью волной реки забвенья,
Но не чистый пламенник любви...
Чу, дикарь у стен уж кличет к бою.
Дай мне меч и не томись тоскою -
Леты нет для Гектора любви.

0

31

Андрей Белый
«Игры кентавров»

Кентавр бородатый,
мохнатый
и голый
на страже
у леса стоит.
С дубиной тяжелой
от зависти вражьей
жену и детей сторожит.

В пещере кентавриха кормит ребенка
пьянящем
своим молоком.
Шутливо трубят молодые кентавры над звонко
шумящим
ручьем.

Вскочивши один на другого,
копытами стиснувши спину,
кусают друг друга, заржав.
Согретые жаром тепла золотого,
другие глядят на картину,
а третьи валяются, ноги задрав.

Тревожно зафыркал старик, дубиной корнистой
взмахнув.
В лес пасмурно-мглистый
умчался, хвостом поседевшим вильнув.
И вмиг присмирели кентавры, оставив затеи,
и скопом,
испуганно вытянув шеи,
к пещере помчались галопом.

+1

32

Песня о вещей Кассандре

Долго Троя в положении осадном
Оставалась неприступною твердыней,
Но троянцы не поверили Кассандре, —
Троя, может быть, стояла б и поныне.

Без умолку безумная девица
Кричала: «Ясно вижу Трою павшей в прах!»
Но ясновидцев — впрочем, как и очевидцев —
Во все века сжигали люди на кострах.

И в ночь, когда из чрева лошади на Трою
Спустилась смерть, как и положено, крылата,
Над избиваемой безумною толпою
Кто—то крикнул: «Это ведьма виновата!»

Без умолку безумная девица
Кричала: «Ясно вижу Трою павшей в прах!»
Но ясновидцев — впрочем, как и очевидцев —
Во все века сжигали люди на кострах.

И в эту ночь, и в эту смерть, и в эту смуту
Когда сбылись все предсказания на славу,
Толпа нашла бы подходящую минуту,
Чтоб учинить свою привычную расправу.

Без умолку безумная девица
Кричала: «Ясно вижу Трою павшей в прах!»
Но ясновидцев — впрочем, как и очевидцев —
Во все века сжигали люди на кострах.

Конец простой — хоть не обычный, но досадный:
Какой-то грек нашел Кассандрину обитель, —
И начал пользоваться ей, не как Кассандрой,
А как простой и ненасытный победитель.

Без умолку безумная девица
Кричала: «Ясно вижу Трою павшей в прах!»
Но ясновидцев — впрочем, как и очевидцев —
Во все века сжигали люди на кострах.

В. Высоцкий

+1

33

Ахейские сказания. Арес.
(отрывок)

Уже вам ведом бог войны,
Губитель мирной тишины.
Высок, и строен, и жесток,
В той мере, как кузнечный бог,

Гефест, был добр и незлобив...
Бог Арес, распри возлюбив,
Был рад пожар войны разжечь,
Не выпуская острый меч.

Зевс недолюбливал сынка...
Тому ж – кровавая река
По вкусу – всех бы погубил...
Раздоры затевать любил...

Зевс не скрывая говорил:
- Не будь мне сыном, ты бы был
Давно уж в Тартаре... Терплю –
И презираю. Не люблю....

Ты кровожаден, ты – вампир.
Тебя пьянит кровавый пир.
Ты счастлив только на войне...
Такой-то сын не нужен мне....

Да, Арес рад войну разжечь –
И в ней развлечься и развлечь
Своих сынков, что вслед за ним
Несутся в битву... Поясним:

Их Деймос с Фобосом зовут,
Что значит: страх и ужас. Ждут,
Кого бы страхом поразить,
В кого бы ужас поселить?

Сам Арес побуянить рад,
Мечом сражает всех подряд –
И с той и с этой стороны –
Чтоб был острей накал войны.

Эрида, распрей дух и зла
Его наперсницей была.
Эриду хлебом не корми,
Лишь дай кому-нибудь в крови

Адреналиновый вулкан
Устроить, заведя в капкан.
Играя яблоком златым,
Сердцам бесхитростным, простым

Желаньем капала в умы:
- Хотим такое точно мы!
Его уронит меж друзей,
Рассоря мигом - в радость ей.

А если бросит меж врагов -
Война - исход всегда таков,
Поскольку с виду нежный плод
Раздора семена несет.

Услышав лязганье мечей,
Бог Арес ухмылялся злей.
Он надевал блестящий шлем,
Взлетал на колесницу,чем

Немедля в бой вносил разлад
И, устремляя злобный взгляд
Поочередно на врагов,
Их обращал в тупых быков.

Толпа неслась за ним вослед,
Преумножая тяжесть бед,
Повсюду - поперек и вдоль
Рассеивая скорбь, и боль,

Отчаяние и нужду,
И жажду мести, и вражду.
С ним рядом Энюо... Она –
Убийств богиня, чья темна

Над чувством озлобленных власть...
Исподтишка разить, напасть,
Разжечь в крови адреналин –
- Руби, души, коли, вали!

И колет Арес... Торжество,
Когда огромный меч его
Разит несчастного бойца –
И с озлобленного лица

Ухмылкой щерится кривой...
Вокруг него лежат горой
Зарубленные им тела...
Ему бы лишь бы кровь текла...

Однажды ранен был и сам -
И так кричал,что по лесам

От страха падало зверье,
Прочь отлетало воронье.
Ворвался с криком в тронный зал...
Зевс с омерзеньем приказал:

- Позорнейший потомок мой!
Чтоб я не слышал этот вой!
На рану наложилил мазь -
И боль мгновенно унялась.

От раны не найти следа...
и Арес, важен, как всегда,
Высок, красив... Роскошный шлем -
Хвастливо втюхивает всем

О славных подвигах вранье...
Ах, Афродита! У нее -
Восторгом полнится душа...
Хвастун, других богов смеша,

Не прекращает заливать...
Не важно, что ему внимать
Никто не хочет из богов...
Афина же, жалея вдов -

Война их бросит в нищету,
Клеймит той болтовни тщету...
Но так порой и меж людьми:
Добудут хвастовством любви,

А красота и мудрость - врозь...
Не от богов ли повелось?
Неистов Арес, грозен, дик...
Но лишь Афины гордой лик

В чужом увидит стане он,
Он знает: будет поражен.
Так Диомед своим копьем
Его ударил метко... Гром

Не так ужасен и силен,
Как рев, когда был ранен он
Героем греческом...
- Копье...
Афина, ты? В меня? В мое

Плечо направила?.. Сестра?..
Пожалуюсь ...
- Давно пора
Тебя, беспутного убить...
Исчезни! Не даешь забыть

О подлых мерзостях твоих...
Смажь маслом рану...
Тот затих,
Но вскоре он опять в бою...
Как хочется сестру свою

Мечом кровавым поразить!
С ним Афродита,.. Вместе бить
Афину – ишь ты! – собрались...
Но та ударила... Вались,

Прекраснейшая в пыль и грязь...
Едва из грязи поднялась –
И на Олимп... Несутся вслед
Афинины насмешки... Нет,

Кто мудр и в ком высокий дух,
Один в бою осилит двух...

Венцимеров Семен

+1

34

Скульптор

Глубокий взор вперив на камень,
Художник нимфу в нем прозрел,
И пробежал по жилам пламень,
И к ней он сердцем полетел.

Но, бесконечно вожделенный,
Уже он властвует собой:
Неторопливый, постепенный
Резец с богини сокровенной
Кору снимает за корой.

В заботе сладостно-туманной
Не час, не день, не год уйдет,
А с предугаданной, с желанной
Покров последний не падет,

Покуда, страсть уразумея
Под лаской вкрадчивой резца,
Ответным взором Галатея
Не увлечет, желаньем рдея,
К победе неги мудреца.

Баратынский Евгений

+1

35

Ахейские сказания. Гермес

Под сенью голубых небес
Нет веселее, чем Гермес.
Бог путников и пастухов,
Купцов, мошенников, воров

И всех, чей разум изощрен,
Всех, кто находчив и смышлен,
Кто с прибылью ведет торги
И знает, для чего мозги.

Он Зевса сын и Майи сын –
Титана дочери... Глубин
Пещеры, где она жила
Достичь и Гера не могла

Ревнивым взором... Оттого
Гермеса, как и мать его,
Злой Геры миновала месть –
Иных примеров нам не счесть.

Гора Киллена - Вот где вход
В пещеру, где с сынком живет
Еще одна из тьмы супруг
Кронида-Громовержца... Слуг

У Майи в подчиненье нет...
Но есть сынок, на коем свет
Сошелся клином... В cлавный миг –
Из лона матери возник,

Укутан в чистое тряпье,
Уложен – утомил ее...
Утомлена рожденьем мать,
Легла ненадолго поспать...

Малыш послушал: Майя спит.
Распеленался. Встал. Стоит
В корзине, где уложен был.
Тихонько вылез... Шаг – застыл...

Еще. Потом еще шажок
Тихонько вышел за порог –
И – топ-топ-топ – на дальний луг,
Где сладким пением пичуг

Заслушивался Аполлон...
Уж так он музыкой пленен,
Что стадо собственных коров
Лишил надзора, что воров,

Едва ль могло бы вдохновить,
Лишь разве вору богом быть...
Коровы – пены волн белей...
Гермес – кого найдешь смелей? –

Пять лучших выбрал – и увел...
Уж он-то хитрость изобрел,
Как Аполлона обмануть...
Готовясь стадо умыкнуть,

Копыта в лапти из коры
Обул, а чтоб его игры,
Не разгадал бы Аполлон,
К хвостам буренок метлы он –

Где удосужился достать? –
Сумел надежно привязать,
Коровы заметать следы
Так сами будут – от беды.

Он и своих ножонок след
Скрыл парой крепких сандалет
Сплетеннных живо из травы...
А как бы поступили вы?

Короче, он увел коров
И в роще спрятал – будь здоров!
Двух враз двенадцати богам
Пожертвовал – на страх врагам.

В число двенадцати себя
Включил, как равного... Сопя
Из жил коровьих струн тугих
Семь изготовил... После их

Но панцырь черепахи он
С усильем натянул – их звон
Его тотчас в восторг привел –
Вот так он лиру изобрел...

Повесил лиру на плечо.
Задумался: чего еще?
Пожалуй, все. Пора домой...
Уж так доволен он собой!..

Коровы – в рощице паслись...
Он шел в пещеру.... Мать: - Стыдись!
Не дело шастать по ночам
И красть коров...
Сперва молчал

В ответ пристыженный Гермес,
Потом ответил: - Глас небес
Мне повелел так поступить...
В пещере этой мрачной жить

Недолго остается нам...
В компанию ко всем богам
Введен я буду на Олимп
Отцом великим, чтобы к ним б

Быстрее и верней попасть,
Я это нынче сделал...
Красть,
Коречно, я не стану впредь,
Отец за это может взгреть...

Немного, мама, потерпи,
Все будет славно... Ну, поспи...
И, чтобы к маме сон пришел,
Гермес легонечко провел

Рукой по струнам – нежный звон
Утешил мать... Негромко он
Играл на лире до светла,
Мать успокоенно спала...

Вдруг перестал играть Гермес,
В корзину торопливо влез
И сам укутался в тряпье...
Тут крик:
- Верни добро мое! –

Влетел в пещеру Аполлон...
Гермес – в корзине. Дескать, он
Спал и не ведал ничего...
Но Аполлон непрост. Его

Уже оракул просветил,
Кто этим хитрым вором был.
Из люльки вытолкал мальца.
Он зол. Прекрасного лица

Его черты искажены.
- Немедленно возвращены
Должны быть в стадо пять моих
Коров бесценных. Знаю, их

Ты схитил, стало быть, верни!
- Во все в пещере загляни,
Какие хочешь, уголки –
Здесь нет коров, лишь пауки...

Я в жизни не видал коров
Я ж новорожденный!
- Воров
Тебе подобных – поискать,
К тому же лгун... Довольно лгать –

Ты на Олимп пойдешь со мной
Пред грозны очи Зевса!
– Ой!
А на Олимпе грянул смех
Сей малый распотешил всех.

Таким ягненочком предстал
Невинным...
- Вор и лгун, хоть мал! –
Клеймит Гермеса Аполлон.
Он возмущен. Он разъярен.

- Вели же вору из воров,
Лгуну вернуть моих коров...
Кронида просит Аполлон.
Гермес захныкал. Зевса он

Сам просит:
- Брата усмири,
Как напугал меня, смотри.
Я новорожденный малыш –
Лишь ты ребенка защитишь.

- Клянусь, отец, что я не лгу:
Сам провести его могу
По всем в пещере уголкам –
В ней нет коров...
- А где?
- Вон там...

Отцу не может лгать Гермес...
Доволен Зевс... И до небес
Взрыв хохота богов взлетел..
- Пойдем уж брат. Ведь ты хотел

Вернуть себе своих коров?
В тени затерянных боров
Им славно на лужку пастись...
- А что ж так мало их? Держись...

И Аполлона гнев объял...
Гермес на лире заиграл –
И очарован Аполлон –
Впервые лиру слышит он –

И музыка его пленит,
- Бери, что хочешь, - он твердит, -
Все напрочь стадо забирай,
Но лиру подари!
- Отдай, -

Не растерялся тут Гермес, -
Твой жезл волшебный...
- Вот шельмец, -
Расхохотался Аволлон, -
Бери и жезл... Довольный, он

Гермеса обнял:
- Мир, малыш?
- Мир!
- Ну, гляди, коль нашалишь!..

Гермес же больше не шалил.
Всяк из богов его хвалил...
И маме не придется впредь
Журить сынка, а папе взгреть.

Он болльше никогда не лгал...
Что правды всей не излагал –
Бывало... Зевс ему вменил –
Быть вестником - и одарил:

Крылатым шлемом золотым,
Крылатой обувью, чтоб с ним
Никто бы в скорости не мог
Сравниться.., Окрыленный бог

Еше вдобавок одарен
И шапкой-невидимкой.. Он
В мгновение, исчезнув здесь,
Возникнет, где прикажет Зевс...

Он добр и щедр – без дураков.
Он популярен средь богов
И смертных... Коль должна увлечь
Народы пламенная речь,

Гермесу жертву принеси,
О красноречии проси –
И обретешь... Иной купец,
Рискуя обеднеть вконец,

Все состояние вложив
В товар заморский – еле жив...
Но попроси Гермеса: - Бог,
Вступись! Товар доставят в срок –

И поторгуешь с барышом...
С Гермесом – всюду хорошо,.
С ним – не боишься никого...
И даже Гера чтит его

И не творит Гермесу зла...
Но, правда, в гнев она вошла,
Когда тот Аргуса сгубил,
Стоглазого слугу... Забыл?

Он выполнял приказ отца
И долгой сказкой без конца
Вначале монстра усыпил,
Волшебной палочкой убил.

Вот здесь-то Гера разошлась,
К Гермесу злоба в ней зажглась
И требует:
- Да будет суд,
Едва ли трюки здесь спасут...

Я честного решенья жду,
Как наказать – сама найду...
Зевс повелел: на этот суд
Пусть вместе с главными придут

Все в мире боги, в чей удел
Дан лес иль речка.. Повелел,
Чтоб камень у любого был...
В суде решая, положил

Бы камень к Гериным ногам,
Гермеса осудив... И сам
Окатышем запасся Зевс.
А коль решаешь, что Гермес

Не виноват – к ногам его
Клади голыш... Теперь его
Послушать надобно суду...
- Вины своей здесь не найду...

Ну, разве в том и виноват.
Что был рассказ мой скучноват.
Не вынес Аргус скукоты -
И умер от нее... Кранты!

Что тут содеялось с судом?
Не суд, а сумасшедший дом –
Стоял не хохот – дикий рев:
- Ну и Гермес! Шутить здоров! -

Все повторяли без конца,
И обнимали хитреца,
И камешки у ног его
Собрались в гору... Ничего

Поделать Гера не смогла
С премудрым, и, вздохнув, ушла...
Увидишь где среди дорог
Курган из галек, знай, помог

Здесь добрым путникам Гермес,
Блюдя их честный интерес,
За то и горкою камней
Его и чтят с тех давних дней,

Примером первых пирамид...
Гермес – и в царство мертвых гид
Для тех, чей кончен путь земной...
Шепнет:
- Теперь иди за мной, -

Коснувшись потускневших глаз
Волшебным жезлом, сняв гримас
С лица трагический узор, -
- В подземном царстве с этих пор

Тебе отныне пребывать
Ну, в путь... За мной, не отставать!..

Венцимеров Семен

+1

36

Жалоба Цереры

Снова гений жизни веет;
Возвратилася весна;
Холм на солнце зеленеет;
Лёд разрушила волна;
Распустившийся дымится
Благовониями лес,
И безоблачен глядится
В воды зеркальны Зевес;
Все цветёт — лишь мой единый
Не взойдёт прекрасный цвет:
Прозерпины, Прозерпины
На земле моей уж нет.

Я везде её искала,
В дневном свете и в ночи;
Все за ней я посылала
Аполлоновы лучи;
Но её под сводом неба
Не нашёл всезрящий бог;
А подземной тьмы Эреба
Луч его пронзить не мог:
Те брега недостижимы,
И богам их страшен вид...
Там она! неумолимый
Ею властвует Аид.

Кто ж моё во мрак Плутона
Слово к ней перенесет?
Вечно ходит челн Харона,
Но лишь тени он берёт.
Жизнь подземного страшится;
Недоступен ад и тих;
И с тех пор, как он стремится,
Стикс не видывал живых;
Тьма дорог туда низводит;
Ни одной оттуда нет;
И отшедший не приходит
Никогда опять на свет.

Сколь завидна мне, печальной,
Участь смертных матерей!
Лёгкий пламень погребальной
Возвращает им детей;
А для нас, богов нетленных,
Что усладою утрат?
Нас, безрадостно-блаженных,
Парки строгие щадят...
Парки, Парки, поспешите
С неба в ад меня послать;
Прав богини не щадите:
Вы обрадуете мать.

В тот предел — где, утешенью
И веселию чужда,
Дочь живёт — свободной тенью
Полетела б я тогда;
Близ супруга, на престоле
Мне предстала бы она,
Грустной думою о воле
И о матери полна;
И ко мне бы взор склонился,
И меня узнал бы он,
И над нами б прослезился
Сам безжалостный Плутон.

Тщетный призрак! стон напрасный!
Всё одним путём небес
Ходит Гелиос прекрасный;
Всё навек решил Зевес;
Жизнью горнею доволен,
Ненавидя адску ночь,
Он и сам отдать неволен
Мне утраченную дочь.
Там ей быть, доколь Аида
Не осветит Аполлон
Или радугой Ирида
Не сойдёт на Ахерон!

Нет ли ж мне чего от милой
В сладкопамятный завет:
Что осталось все, как было,
Что для нас разлуки нет?
Нет ли тайных уз, чтоб ими
Снова сблизить мать и дочь,
Мёртвых с милыми живыми,
С светлым днём подземну ночь?..
Так, не все следы пропали!
К ней дойдет мой нежный клик:
Нам святые боги дали
Усладительный язык.

В те часы, как хлад Борея
Губит нежных чад весны,
Листья падают, желтея,
И леса обнажены:
Из руки Вертумна щедрой
Семя жизни взять спешу,
И, его в земное недро
Бросив, Стиксу приношу;
Сердцу дочери вверяю
Тайный дар моей руки
И, скорбя, в нем посылаю
Весть любви, залог тоски.

Но когда с небес слетает
Вслед за бурями весна:
В мертвом снова жизнь играет,
Солнце греет семена;
И, умершие для взора,
Вняв они весны привет,
Из подземного затвора
Рвутся радостно на свет:
Лист выходит в область неба,
Корень ищет тьмы ночной;
Лист живёт лучами Феба,
Корень Стиксовой струёй.

Ими таинственно слита
Область тьмы с страною дня,
И приходят от Коцита
С ними вести для меня;
И ко мне в живом дыханье
Молодых цветов весны
Подымается призванье,
Глас родной из глубины;
Он разлуку услаждает,
Он душе моей твердит:
Что любовь не умирает
И в отшедших за Коцит.

О! приветствую вас, чада
Расцветающих полей;
Вы тоски моей услада,
Образ дочери моей;
Вас налью благоуханьем,
Напою живой росой
И с Аврориным сияньем
Поравняю красотой;
Пусть весной природы младость,
Пусть осенний мрак полей
И мою вещают радость,
И печаль души моей.

Василий Андреевич Жуковский

+1

37

Ахейские сказания. Дионис.
(отрывок)

Он был веселым, славный бог...
Он праздники любил – и смог
Театру тоже дать толчок...
На Дионисиях кружок –

В козлиных шкурах пел о нем
Гимн величальный... Там, причем,
Зачин давал один... Кружком
Все отвечали говорком...

А в переводе "Песнь козлов" -
"Трагедия"... Итак: основ
Основа у театра шла
От шкуры пьяного козла...

Комедия... Ее исток –
Все то же бог (и козелок)...
На сельских праздествах его
Частушечники – кто кого? –

Перепевали – и от них
Поша комедия... Постиг?..

Из олимпийцев – младший бог
Был Дионис, чей жребий строг.
Один из дюжины богов
Рожденный смертной для пиров,

Веселья, праздника, вина...
Притом, известно, чья вина,
Что мать покинула сынка,
Не выносив его, пока

Он в должный срок на белый свет
Явился б, как велит завет.
Нам странный факт легко понять,
Узнав, что Диониса мать,

Семела – Зевсу родила...
- Так он сын Зевса? Ну, дела...
И здесь отметился Кронид!
Догодка тотчас говорит:

Тут козней Геры ожидать
Недолго... Обозлясь на мать,
Пылает ревностью в груди,
Коварством, гнево... Рассуди:

Легко ль измену перенесть,
Когда болит душа и честь
Кронидом попрана ее?
Но тронуть Зевса? –
Тут чутье

Подсказывает: не моги!
У Геры, к счастью есть мозги.
И пусть ей просто в ярость впасть,
Над чувством обретая власть,

Решает: хитростью смогу
Семелу извести... В ягу -
Старуху вмиг оборотясь,
К Семеле... Дескать, отродясь

Красивей не встречала жен...
- А муж-то кто? Поди, сражен:
Красива и нежна на вид...
- А муж-то мой сам Зевс Кронид!

- Неужто веришь в этот бред?
Я много раз, объехав свет
Таких встречала хвастунов,
И твой, уверена, таков...

И уберечь тебя хочу
От лже-Кронида... Научу,
Как с ними должно поступать:
Лишь он заявится поспать,

Потребуй, если он Кронид,
Пусть явит Громовержца вид,
А не захочет, значит – лжец!
Так убедишься наконец!

И с этим Гера прочь пошла...
Мыслишка мерзкая была
Заронена Семеле в мозг,
Что был податлив, точно воск...

И вот: лишь Зевс к ней на порог,
Она с мольбою, пусть бы бог
Желание ее одно
Исполнил... Тут же им дано

Обетованье... Стиксом бог
Поклялся, стало быть, не мог
Ту клятву не исполнить... Бог
И знать не знал в чем здесь подвох....

Когда ж услышал Зевс, о чем
Семела просит, сразу в нем
Догадка вызрела, кому
Тем безрассудством, почему,

Обязана его жена...
- Нельзя, ты будешь сожжена...
Смертелен мой для смертных вид...
Давай уж лучше – без обид –

Иное что-то пожелай...
Скажи мне – то и это дай –
Получишь мигом – все могу,
А вид мой страшен – я врагу,

Коль их имеешь, покажусь...
Не ты, а враг пусть, эту жуть
Увидев, будет вмиг сожжен,
О чем уж не расскажет он...

Сиянье то ста солнц сильней...
Но подозренье, в темя ей,
Посеянное раз, взросло...
- Желаю видеть!... Чтобы зло

Уменьшить, пробует Кронид,
Хоть как-то свой ужасный вид
Ослабить: с крохотным копьем
Берет и найтишайший гром...

Всего-то на кратчайший миг
Он в облике своем возник –
Но вмиг упрямая жена
Им в горсть золы превращена...

Теперь упрямицу Гадес
В подземном встретит царстве... Зевс
Печален... Злого не хотя,
Спалил жену... Но спас дитя

Из чрева матери... Сынок
Не выношен был полный срок...
Поскольку некого просить,
Зевс сам решает доносить

В себе до срока малыша –
Болела за него душа...
Разрезав кожу, в ногу вшил
Сынка – и там его носил

Пока тот не созрел вконец
И вышел из ноги... Отец
Отлично знвал: опасность ждет
От Геры... Он сынка дает

Гермесу... – Выслушай наказ:
От Гериных ревнивых глаз
Подальше схорони мальца...
Тот, высдушав наказ отца,

Решает мчать в удел Менад,
В долину Нисы... Геры взгляд
Едва ль достигнет этих мест...
А надо вам сказать, окрест

Бродили тигры, леопард
Пятнистый... Бог, входя в азарт,
Таскал тех кисок за хвосты,
Те – шасть! – и прятались в кусты -

Им тоже нравилась игра...
Была поблизости гора,
А обращенный к солнцу склон -
В лозе... Несметно, миллион

Там было тех густых кустов...
Они под гроздьями плодов
Клонились чуть не до земли...
И птицы досыта могли

Те чудо-шарики клевать
И Диониса напитать
Могли, когда, устав от игр,
Валился наземь... Рыжий тигр

Ему подставит мягкий бок –
Сались, мол, шаловливый бог,
Отведай сладкий виноград...
А Дионис тому и рад:

Поест, в кувшин подавит сок,
Кувшин – в сторонку под кусток.
Прикроет сверху лопушком,
Обвяжет – пусть стоит... Потом –

Захочет – отхлебнет глоток...
Отменно вкусен сладкий сок.
Однажды им кувшин забыт...
День, два... Неделю так стоит,

Вторую... После Дионис
Случайно оказался близ
Того заветного куста...
Кувшин нашелся, не не та

В нем жидкость: отопьешь – бодрит,
Пьянит – и душу веселит...
- Амброзия! Ну, прямь – нектар! –
Рад Дионис: чудесный дар

Он людям может принести,
От скуки и тоски спасти
Да будет впредь заведено:
Равно на празднествах вино

Как и на тризнах возливать...
Об этом каждый должен знать!
И, в царский пурпур облачен.
Красив и юн, шагает он

С посланьеи к людям – и его
Все восхваляют, отчего
Приятно Зевсу – все же сын!
А сын шагает не один:

Менады неизменно с ним
И тигры, леопарды... Им,
Всем примыкающим он рад...
Веселый, радостный парад...

Он в Грецию друзей ведет
И, кто на островах живет,
Им обучается лозу
Растить, не заводя бузу,

Давить ногами виноград,
Выдерживать вино – и рад
Народ усватвал урок,
Народ доволен, счастлив бог...

Раз отдыхая от трудов,
Был Дионис в объятьях снов.
Едва пришел на бережок,
Уснул. Был сон его глубок.

Тут плыл пиратский галеон.
Замечен с борта спящий он.
В убранстве царском дорогом –
И алчность сразу над врагом

Власть обретает:
- Видно, принц...
- Один, без свиты?
- Знать, каприз...
Да ладно вам, не рассуждать!
Захватим – выкуп будем брать...

Неслышно бог перенесен
Был на пиратский галеон,
Где продолжает мирно спать...
Команда:
- Якоря поднять!

И берег медленно отплыл...
Проснувшись, бог, конечно был
И удивлен и поражен...
Вначале попытался он

По-доброму увещевать:
Его на бережок опять
Вернуть, но только вызвал смех.
Развеселил вдобавок всех,

Заметив: он не принц, а бог...
- Ну, лучше выдумать нее мог?
Уже охотники нашлись
На пурпурный наряд:
- Делись!...

Но я взаправду бог вина...
Моя одежда... Да, ценна,
Но это не земной наряд
И он не для людей... Галдят,

Толкают бога – нет ума...
Ну, надоела кутерьма...
И тут мгновенно смех угас:
Повсюду, сколько видит глаз,

Возникли стебли из воды,
На коих – гроздьями – плоды....
Увиты весла, якоря...
По мачтам, в плен корабль беря,

По вантам тянется лоза...
Сам бог, сверкая, как гроза
Вдруг вырос до небесных туч
Сияющ, гневен и могуч...

Пиратов ужас охватил...
Всяк прыгнул в море и поплыл...
Но берег далеко – доплыть
Едва ль по силам... Как же быть?

Жалеет глупых Дионис...
Глядит с печалью сверху вниз:
Не наказать он их не мог –
Обязан смертным дать урок,

Чтоб были прочие умней...
А этим до скончанья дней
Впредь быть дельфинами в морях...
О моряках и рыбарях

Заботу чуткую иметь,
Спасать при случае... Заметь:
Из всех земных, морских зверей
Дельфины к людям всех добрей...

- Мы полагаем, Дионис
Достоин трона... Видим: из
Добросердечья людям в дар
Веселие и радость дал, -

Постановляет главный бог...
Вопль Геры, будто бы ожог
Вдруг получила:
- Не хочу
Здесь с сыном смертной быть... Молчу...

Кронид прегрозно зыркнул так –
И только показал кулак...
Двенадцать тронов во дворце
Все заняты... В полукольце

Двенадцать олимпийцев ждут,
Найдется ли решенье тут...
Нашлось... Вдруг Гестия встает.
Трон Дионису отдает –

Ей место, мол, у очага...
- Не нужен, значит трон?
- Ага...

Сердечной Гестии – поклон...
Но он не занимает трон,
К отцу с мольбою: - Разреши
Мне – по велению души

В подземном царстве повидать
Меня покинувшую мать...
По ней моя душа скорбит...
На Геру Зевс глядит, глядит –

Кто выдержит Кронида взгляд?
Ступай, сынок... Верни назад
На Землю дорогую мать –
Ей с нами в славе пребывать

Отныне до конца веков...
И занял трон среди богов,
Как равный, с честью Дионис...
А тут, откуда ни возьмись –

Музыка: флейты, тамбурин...
Неужто повелитель вин
Ту радость на Олимп принес?
Привычней здесь раскаты гроз,

А нынче музыка гремит...
Значительно взирал Кронид:
Веселье по душе ль богам –
Ползут улыбки по губам

Нет убедительней примет...
Нектарочерпий Ганимед
По знаку Зевса подлетал
И в кубки звонкие нектар

Знай, подливал и подливал...
Кронид душою отдыхал...

Венцимеров Семен

+1

38

Трехзевый Цербер, хищный и громадный,
Собачьим лаем лает на народ,
Который вязнет в этой топи смрадной.
Его глаза багровы, вздут живот,
Жир в черной бороде, когтисты руки;
Он мучит души, кожу с мясом рвет.
А те под ливнем воют, словно суки...

Данте "Божественная комедия". Часть 6, п.6, строфы 13-19

+2

39

They are stealing you from me,
those gods and goddesses
with hands like thieves,
fingers trying, prying
to take you from me.
I am the rusted lock
on the chest, no keys-
keys, we swallowed like moans
in the middle of the night,
wrapped around each other,
gilded were we when we entwined.
They are envious, filled with greed
you’re a treasure they wish to keep,
and if they’ll not have you,
you’ll be a lesson to lovers.
But they don’t know,
we love like rabid animals
both of us dying of this disease,
with the other’s name
frothing between kisses.
And with their eyes
swimming in ambrosia
they just can’t see-
we are already a tragedy.
— Aconite || O.L.

+1

40

Если лазурное море баюкает ветер тихонько,
Бодрым становится сердце пугливое; мне в это время
Суша ничуть не мила, и влечет меня тихое море.
Если ж бушует пучина и на море гребни, сгибаясь,
Пеною брызжут и с ревом огромные катятся волны,
Взор обращаю я к суше, к деревьям, от моря бегу я:
Только земля мне желанна, приятна тенистая роща.
Ветер ли сильный завоет, там песни сосна напевает.
Что за тяжелая жизнь рыбака! Ему лодка — жилище,
Труд его — море, а рыбы неверною служат добычей.
Мне же так сладостно спится в тени густолистых платанов.
Рокот ключа, что вблизи пробегает, мне слушать приятно,
Радует он селянина, нимало его не пугая.

Мосх

+1


Вы здесь » Под небом Олимпа: Апокалипсис » Библиотека » Стихи о греческих богах, героях, чудовищах


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC