Вверх Вниз

Под небом Олимпа: Апокалипсис

Объявление




ДЛЯ ГОСТЕЙ
Правила Сюжет игры Основные расы Покровители Внешности Нужны в игру Хотим видеть Готовые персонажи Шаблоны анкет
ЧТО? ГДЕ? КОГДА?
Греция, Афины. Сентябрь 2013 года. Постапокалипсис. Сверхъестественные способности.

ГОРОД VS СОПРОТИВЛЕНИЕ
299 : 294
ДЛЯ ИГРОКОВ
Поиск игроков Вопросы Система наград Квесты на артефакты Заказать графику Выяснение отношений Хвастограм Выдача драхм Магазин

АКТИВИСТЫ ФОРУМА

КОМАНДА АМС

НА ОЛИМПИЙСКИХ ВОЛНАХ
A Perfect Circle – Pet от Джона!


ХОТИМ ВИДЕТЬ

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Под небом Олимпа: Апокалипсис » Библиотека » Стихи о греческих богах, героях, чудовищах


Стихи о греческих богах, героях, чудовищах

Сообщений 101 страница 120 из 195

101

Шаги Афродиты

    М о й р ы

Слышишь по узорам плит
Серебристый шаг звенит.
Мойр веления исполни, -
Уходи, владыка молний.

   Г е б а

Над Олимпом сумрак синь,
Трон блистающий покинь, -
Там, где в брачных звездах небо,
Только юность любит Геба.

   А ф и н а

Я во мгле клоню свое
Днем горящее копье.
Нестерпим богине мудрой
Взор Киприды златокудрой.

   А ф р о д и т а

Я иду смеясь, смеясь,
Между мной и ночью вязь -
Пояс мой, соблазном свитый.
Зевс! клонись пред Афродитой.

   З е в с

Я к Данае, в сне ночном,
Золотым сошел дождем;
Летним днем был горд победой,
В лике лебедя, над Ледой;
Для Семелы тень была,
Там, где я, всегда светла;
Долго длилась ночь без смены
Для меня близ уст Алкмены;
В свете, в сумраке, везде,
В храме, в роще, на воде,
Я готов в борьбе открытой
Пасть, сраженным Афродитой.

+1

102

К Афродите (Сапфо)

Пестрым троном славная Афродита,
Зевса дочь, искусная в хитрых ковах!..
Я молю тебя, не круши мне горем
          Сердца, благая!

Но приди ко мне, как и раньше часто
Откликалась ты на мой зов далекий
И, дворец покинув отца, всходила
          На колесницу

Золотую. Мчала тебя от неба
Над землёй воробушков малых стая;
Трепетали быстрые крылья птичек
          В далях эфира,

И, представ с улыбкой на вечном лике,
Ты меня, блаженная, вопрошала,
В чем моя печаль и зачем богиню
          Я призываю,

И чего хочу для души смятенной.
«В ком должна Пейто, скажи, любовно
Дух к тебе зажечь? Пренебрег тобою
          Кто, моя Сапфо?

Прочь бежит — начнет за тобой гоняться.
Не берет даров — поспешит с дарами,
Нет любви к тебе — и любовью вспыхнет,
          Хочет, не хочет».

О, приди ж ко мне и теперь от горькой
Скорби дух избавь и, что так страстно
Я хочу, сверши и союзницей верной
          Будь мне, богиня.

+1

103

Одиссей у Калипсо

Сквозь легкий дым земных воспоминаний
Светлеет глубь зажизненных страстей,
Я ль тот пловец, кто взносит к небу длани,
На берег брошен из морских сетей?

Я ль чуждый гость в чертоге крепкостенном,
Где Калипсо кудель судьбы прядет, -
Днем на пиру сижу блаженно-пленным,
В ночь с уст царицы пью пьянящий мед?

Как бред былой, скользят и тают лица
Друзей случайных, призрачных врагов;
Вновь, как во сне, мы двое, жрец и жрица,
Сквозь сонм льстецов проходим чтить богов.

Но в час зари, чуть стают чары мрака,
Я восхожу на кручь прибрежных скал
Смотреть в туман, где спит моя Итака,
Внимать, как ропщет в даль бегущий вал.

Я ль в светлом доме островной сибиллы,
Вдыхая сладость элисийских нег,
Вздыхать готов о дымных безднах Скиллы,
В мечтах лелеять с шумом волн - побег?

Что мне, кто знал слепительности Трои,
Кто сирских пленниц к ложам нежным влек, -
Ахайи скудной зеркало пустое,
Сны Пенелопы, Телемака рок?

Иль не пресыщен полным кубком славы,
Не отягчен венцом вселенной всей, -
Как нектара, жду нежащей отравы
Я, опытный, я, мудрый Одиссей?

+1

104

Одиссей у берега феаков

"Будешь помнить!" Прогремела
Мне насмешка Посидона.
Коней бурных он направил
В глубь взволнованного лона,
В свой коралловый чертог.
Но всем ветрам предоставил
Выть над морем гневный бог,
Плещут, мечут пеной белой
Ярый Эвр, свирепый Нот,
Зверь Борей и Зефир юный;
Понт на шумные буруны
Мчит со мной мой утлый плот.
Все ж со мною - Левкотеи
Неземное покрывало,
Деву мудрости, Афину,
Что не раз в беде спасала,
Я, упорный, помяну.
Плот разрушенный покину,
Кинусь в мутную волну,
Буду плыть к земле смелее:
Знаю, гибельного дня
Сладость будет не такая!
Там, на бреге, Навсикая
Ждет, прекрасная, меня.

+1

105

Геро и Леандр

Л е а н д р

Геро, слушай! слышишь, Геро!
Рядом в лад стучат сердца.

Г е р о

Милый, нет! у башни серой
Ярость волн бьет без конца.

Л е а н д р

Геро, лик твой жутко нежен,
Весь плывущий в лунном дне!

Г е р о

Милый, нет! луной взмятежен
Понт, взносящий вал во сне.

Л е а н д р

Геро, грудью грудь согрета,
Руки слиты, дрожь в устах...
Г е р о

Милый! стужей млеет Лета,
Мчит в зыбях холодный прах.

Л е а н д р

Геро! встанем! в свет победный
Бросим тело, бросим страсть!

Г е р о

Милый! грозно ветр бесследный
В море вскрыл пред смелым пасть.

Л е а н д р

Геро! помни! веруй, Геро!
Прочны связи влажных губ!

Г е р о

Милый, ах! у башни серой -
Вижу твой взмятенный труп.

+1

106

Одиссей у Калипсо

Снова сон, векам знакомый!
Где-то там, в небесной сфере,
Повернулось колесо,
Вновь, как древле, Одиссея,
Дея чары и слабея
Дрожью медленной истомы,
В сталактитовой пещере
Молит нимфа Калипсо.

Девы моря, стоя строем,
На свирелях песню ладят,
Запад пурпуром закрыт;
Мореход неутомимо
Ищет с родины хоть дыма;
А богиня пред героем
То сгибается, то сядет,
Просит, плачет, говорит:

"Муж отважный, посмотри же!
Эти груди, плечи, руки, -
В мире радостном, - даны
Лишь бессмертным, лишь богиням,
Губы в ласке теплой сдвинем,
Телом всем прильни поближе,
Близ меня ль страдать в разлуке
С темным теремом жены?"

Но скиталец хитроумный,
Как от грубого фракийца,
Лик свой, в пышности седин, -
От соблазнов клонит строже...
Ах, ему ли страшно ложе?
Но он видит - праздник шумный,
Где в дверях отцеубийца, -
Калипсо прекрасный сын!

+1

107

Гея - земля — древнегреческая богиня земли.
Прежде всего во вселенной Хаос зародился, а следом
Широкогрудая Гея, всеобщий приют безопасный…
…Гея же прежде всего родила себе равное ширью
Звёздное небо, Урана, чтоб точно покрыл её всюду.
И чтобы прочным жилищем служил для богов всеблаженных.

Гесиод «Теогония»

+1

108

Елена у Парида

Идет, безвольно уступая, -
Власть Афродиты рокова! -
Но в вихре мыслей боль тупая,
Как иглы первые слова:

"Пришел ты с битвы? Лучше, бедный,
Ты б в ней погиб! - разил мой муж.
Ты хвастал свить венец победный,
Здесь, как беглец, ты почему ж?

Иди, в бой вновь кличь Менелая!
Нет мал ты для мужских мерил!
Из ратных бурь - прочь! не желая,
Чтоб медью царь тебя смирил!"

Но, в благовонной мгле, на ложе,
Где локтем пух лебяжий смят,
Прекрасней всех и всех моложе
Ей Парид, чьи глаза томят?

"Нет, не печаль! Судьба хотела,
Чтоб ныне победил Атрид.
Я после побежду. Но тело
Теперь от жгучих жажд горит.

Так не желал я ввек! иная
Страсть жечь мне сердце не могла.
В тот час, когда с тобой Краная
Нас первой ночью сопрягла!"

И никнет (в сеть глубин уловы!)
Елена - в пламя рук, на дно,
А Афродиты смех перловый -
Как связь двух, спаянных в одно.

+1

109

«Дай разделить певцу твой быстротечный бег!
То Прометеев вопль или брань воздушных станов?
Где я! Вкруг туч пожар - мрак бездн - и крыльев снег
И мышцы гордые напрягших мощь титанов...»

Вячеслав Иванов

+1

110

Когда Психея-жизнь спускается к теням
В полупрозрачный лес вослед за Персефоной,
Слепая ласточка бросается к ногам
С стигийской нежностью и веткою зеленой.
Навстречу беженке спешит толпа теней,
Товарку новую встречая причитаньем,
И руки слабые ломают перед ней
С недоумением и робким упованьем.
Кто держит зеркальце, кто баночку духов, –
Душа ведь женщина, ей нравятся безделки,
И лес безлиственный прозрачных голосов
Сухие жалобы кропят, как дождик мелкий.
И в нежной сутолке не зная, что начать,
Душа не узнает прозрачные дубравы,
Дохнет на зеркало и медлит передать
Лепешку медную с туманной переправы.

О. Мандельштам

+1

111

Смерть Пана

С небес вернулся Феб; пора на отдых Флоре;
К Цитере ластилось раскатистое море,
И белокурая пособница страстей
Венера слушала, как гимн слагают ей.

Олимп наполнился. Но Громовержец вскоре
Обеспокоенно возвысил голос в хоре -
Он перепуганных зовет своих детей:
Грозит бессмертным смерть, грядет исход их дней!

И небо вздрогнуло от слухов непривычных,
И пробил смертный час для всех богов античных,
И чей-то крик взлетел до самых облаков:

"Родился Иисус! Его настало время!
Бессмертен только он, рожденный в Вифлееме!
Пан умер! Умер Пан! И больше нет богов!"

+1

112

Нарцисс

Люблю лицо свое двойное,
как отражение иное
вещей, чьи имена не сохранились,
чья суть сокрыта глубоко,
но вот они теперь явились,
преображенно и легко
в мое сознанье снова влились,
как отражение иное.
Люблю лицо свое двойное.

0

113

…Смерти б он так и избёг, хоть и был ненавистен Афине,
Если б в большом ослепленьи хвастливого слова не бросил,
Что, и богам вопреки, он спасся из гибельной бездны.
Дерзкую эту его похвальбу Посейдаон услышал.
Вспыхнувши гневом, трезубец в могучие руки схватил он
И по гирейской ударил скале, и скала раскололась.
Часть на месте осталась, обломок же в море свалился,
Тот, находясь на котором, Аякс погрешил так жестоко.

«Одиссея» в переводе В. Вересаева

+1

114

Кентавр

Был страшен и холоден сумрак ночной,
когда тебя встретил я, брат дорогой.
В отчаянье грозном я розы срывал
и в чаще сосновой призывно кричал:
"О где ты, кентавр, мой исчезнувший брат -
с тобой, лишь с тобою я встретиться рад!..
Напрасен призыв одичалой души:
Ведь ты не придешь из сосновой глуши".

И тени сгустились… И тени прошли…
Блеснуло кровавое пламя вдали…
Со светочем кто-то на слезы бежал,
копытами землю сырую взрывал.
Лукаво подмигивал. Взором блеснул
и длинные руки ко мне протянул:
"Здорово, товарищ… Я слышал твой зов…
К тебе я примчался из бездны веков".

Страданье былое, как сон, пронеслось.
Над лесом огнистое солнце зажглось.
Меж старых камней засиял ручеек.
Из красной гвоздики надел я венок.
Веселый кентавр средь лазурного дня
дождем незабудок осыпал меня.

Весь день старый в золоте солнца играл,
зеленые ветви рукой раздвигал,
а ночью туманной простился со мной
и с факелом красным ушел в мир иной.
Я счастья не мог позабыть своего:
все слышал раскатистый хохот его.

+1

115

Ни с кем на земле не сравнюсь в красоте я.
Со мною сразиться — пустая затея.
Мой смех серебрист, и пылает азарт
В блудливых, бессовестных тёмных глазах.

Шипя, извиваются локоны-змеи…
Взгляни на меня, мой герой, поскорее.
Навечно останешься молод и смел!
Не трусь! Ты ведь этого сам так хотел!

И хвастаясь этим пред чистой богиней,
Она мне сказала в ответ:
- Уж лучше поддаться ловитве оленей,
Чем чистую доблесть закаменить.

+1

116

Игры кентавров

Кентавр бородатый,
мохнатый
и голый
на страже
у леса стоит.
С дубиной тяжелой
от зависти вражьей
жену и детей сторожит.

В пещере кентавриха кормит ребенка
пьянящим
своим молоком.
Шутливо трубят молодые кентавры над звонко
шумящим
ручьем.

Вскочивши один на другого,
копытами стиснувши спину,
кусают друг друга, заржав.
Согретые жаром тепла золотого,
другие глядят на картину,
а третьи валяются, ноги задрав.

Тревожно зафыркал старик, дубиной корнистой
взмахнув.
В лес пасмурно-мглистый
умчался, хвостом поседевшим вильнув.
И вмиг присмирели кентавры, оставив затеи,
и скопом,
испуганно вытянув шеи,
к пещере помчались галопом.

+1

117

Битва кентавров

Холодная буря шумит.
Проносится ревом победным.
Зарница беззвучно дрожит
мерцаньем серебряно-бледным.

И вижу - в молчанье немом
сквозь зелень лепечущих лавров
на выступе мшистом, крутом
немой поединок кентавров.

Один у обрыва упал,
в крови весь, на грунте изрытом.
Над ним победитель заржал
и бьет его мощным копытом.

Не внемлет упорной мольбе,
горит весь огнем неприязни.
Сраженный, покорный судьбе,
зажмурил глаза и ждет казни.

Сам вызвал врага и не мог
осилить стремительный приступ.
Под ними вспененный поток
шумит, разбиваясь о выступ…

Воздушно-серебряный блеск
потух. Все во мраке пропало.
Я слышал лишь крики да всплеск,
как будто что в воду упало.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Холодная буря шумит.
Проносится ревом победным.
И снова зарница дрожит
мерцаньем серебряно-бледным.

Смотрю - колыхается лавр…
За ним удаленным контУром
над пенною бездной кентавр
стоит изваянием хмурым.

Под ним серебрится река.
Он взором блистает орлиным.
Он хлещет крутые бока
и спину хвостом лошадиным.

Он сбросил врага, и в поток
бессильное тело слетело.
И враг больше выплыть не мог,
и пена реки заалела.

Он поднял обломок скалы,
чтоб кинуть в седую пучину.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
И нет ничего среди мглы,
объявшей немую картину.

Кругом только капли стучат.
Вздыхаешь об утре лазурном.
И слышишь, как лавры шумят
в веселье неслыханно-бурном.

+1

118

Песнь кентавра

Над речкой кентавр полусонный поет.
Мечтательным взором кого-то зовет.
На лире играет. И струны звенят.
В безумных глазах будто искры горят.
В морщинах чела притаилась гроза.
На бледных щеках застывает слеза.
Вдали - точно Вечность. Все тоже вдали.
Туманы синеют. Леса залегли.
Уснет и проснется порыв буревой,
и кто-то заблещет, бездонно-немой.

Над речкой кентавр полусонный стоит.
В тревоге главу опустил и молчит.
Мечтатель со дна приподнялся реки,
Раздвинув дрожащей рукой тростники.
И шепчет чуть слышно: "Я понял тебя…
Тоскую, как ты, я. Тоскую, любя…
Безумно люблю и зову, но кого?
Не вижу, как ты, пред собой никого.
Учитель, учитель, мы оба в тоске -
бездомные волны на шумной реке…

Как ты, одинок я. Ты робок, как я.
Учитель, учитель! Я понял тебя"…
Уснул и проснулся порыв буревой.
В волнах захлебнулся мечтатель речной.
Кентавр - хоть бы слово: в затишье гроза.
На бледных щеках застывает слеза.

Над речкой кентавр возмущенный зовет.
Уставшую землю копытами бьет.
Он вытянул шею. Он лиру разбил.
Он руки в безумстве своем заломил.
И крик его - дикое ржанье коня.
И взор его - бездна тоски и огня.
В волнах набегающих машет рукой
двойник, опрокинутый вниз головой.

+1

119

Люблю грозу в начале мая,
Когда весенний, первый гром,
Как бы резвяся и играя,
Грохочет в небе голубом.

Гремят раскаты молодые,
Вот дождик брызнул, пыль летит,
Повисли перлы дождевые,
И солнце нити золотит.

С горы бежит поток проворный,
В лесу не молкнет птичий гам,
И гам лесной, и шум нагорный -
Все вторит весело громам.

Ты скажешь: ветреная Геба,
Кормя Зевесова орла,
Громокипящий кубок с неба,
Смеясь, на землю пролила.

Тютчев Ф.

+1

120

ПЯТОЕ СТОЛЕТИЕ

Перевод Евгения Витковского

I.

"Аттический лекиф: на белом фоне,
живое царству грёзы приобща,
миф о Плутоне и о Персефоне
среди сплетений мирта и плюща.

Ветвь кипариса - над привычной дверцей,
где столько роз в минувшем доцвело.
Венок из белых чабрецов и сверций
в последний раз возложен на чело.

Вкусите. Воскурите и возлейте.
Гробницу скроет лиственный навес.
Пусть о Цикладах долго плакать флейте,
а мне - идти туда, где ждёт Гадес".

II

Оливы серебристые в долине,
магнолии - безмерной белизны,
цветут, как мрамор, в чуть заметный иней
молчанием судьбы погружены.

Поля пожухлы, овцы исхудалы,
никак Деметре Кору не найти,
но есть Элевсис, - там чернеют скалы,
там двух богинь скрещаются пути.

И ты идёшь, причастен общей вере,
в процессии, встречающей рассвет,
горишь, - неполноправный жрец мистерий, -
в себя вбирая кровь минувших лет.

III

О, Левка, белый остров твой, Ахилл!
Далёкий зов пеанов монотонных!
Здесь тишину, застывшую в колоннах,
одни тревожат взмахи влажных крыл.

Приплыв, уснёшь под пологом небес,
и он приходит, ничего не ждущий,
махнёт рукой из кипарисной пущи:
в священной роще властвует Гадес.

Плыви, пока не опустилась мгла!
Лишь голуби слетаются к Елене;
не слушай, нет, того, что шепчут тени:
"Да, яблоко, Парисова стрела..."

+1


Вы здесь » Под небом Олимпа: Апокалипсис » Библиотека » Стихи о греческих богах, героях, чудовищах


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC